— Я не стану вас спрашивать, каким образом вам удалось узнать так много обо мне, скажу лишь одно: решившись угрожать мне расправой с моей семьей, вы совершили смертельную ошибку.
— О, этого вы можете не опасаться, — просто ответил Хан. — У меня нет ровным счетом никаких планов относительно ваших детей. Мне просто стало любопытно, что почувствует Джеми, когда однажды вы исчезнете навсегда?
— Я никогда не брошу своего сына и сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуться домой целым и невредимым.
— Ваша горячность кажется мне странной, тем более что однажды вы уже бросили свою семью — Дао, Джошуа и Алиссу.
В душе Борна стал неудержимо нарастать страх. Его сердце гулко колотилось, в груди возникла режущая боль.
— Что вы такое говорите? С чего вы взяли, что я их бросил?!
— Конечно, бросили, а как же иначе это можно назвать? Бросили на произвол судьбы, обрекли на смерть, разве не так?
Мир поплыл перед глазами Борна.
— Как вы смеете! Они погибли! Их у меня отобрали, и я никогда не предам их память!
Губы Хана искривились в подобии улыбки, как если бы он испытывал торжество оттого, что одержал победу над Борном, сумев перетащить его через некий невидимый барьер.
— И не предали даже тогда, когда женились на Мэри? И после того как на свет появились Джеми и Алиссон? — В его голосе все так же слышалась горечь, а тон был напряженным, будто он боролся с чем-то спрятанным глубоко в душе. — Вы попытались воспроизвести своих прежних детей в лице новых.